Сапожники — самый многочисленный и скандальный цех королевского Львова. Большинство ремесленников едва сводили концы с концами, но они любили жизнь и брали от неё всё. Слава этих мастеров разрослась до таких масштабов, что в народе появилась поговорка: «Пьян, как сапожник», которая местами используется и сегодня, пишет сайт leopolis.one.
Интересно: из-за языковых и религиозных конфликтов в городе долгое время существовали два цеха: русинский и польский. Только в 1641 году им удалось договориться об объединении. С тех пор в братстве установился паритет: им совместно управляли католический и православный цехмейстер.
Алкоголизм на работе и дыры в бюджете
Алкоголь был лучшим другом сапожников. Пили не отходя от кассы, то есть прямо в цеху. Выборы главы начинались и завершались застольями, а профессиональные собрания превращались в шумные пиршества. Было принято отмечать крупные праздники, городские соревнования, вступление новичков и посвящения в мастера. Если повода не находилось — его придумывали совместными усилиями.
В XVII веке расходы на алкоголь поглощали значительную часть бюджета цеха. Вечеринки достигли таких масштабов, что вмешался магистрат. После нескольких судебных разбирательств и специальной проверки сапожникам приказали ограничить траты на выпивку. Это принесло некоторые результаты, но традиция пьянства никуда не исчезла. В будущем они продолжили устраивать шумные застолья.
Любимым напитком сапожников был мед: алкогольный напиток на основе меда и воды с добавлением трав, ягод и пряностей. С конца XVII века в их меню вошла водка. Пили много, пока не валились под стол.
Барная культура братства сапожников
В помещениях цеха отмечали общие и главные события, тогда как частные встречи проходили в кабаках. Прежде чем выбрать заведение, ремесленники договаривались с его владельцем о первоочередном обслуживании и возможности пить в долг. Иногда сумма долга достигала таких размеров, что сапожникам приходилось менять «бар». Их вечеринки неоднократно упоминаются в коммерческих записях, жалобах и городских хрониках. Из них мы узнаем, что во время выборов братство могло выпить 160-180 литров меда (его крепость была сравнима с вином, а порой и выше).
Сплетни, обиды и судебные разбирательства: конфликты в ремесленной среде
Сапожники любили посплетничать и охотно делились пикантными историями (часто — полностью вымышленными). Самой популярной темой была кража: если ремесленник хотел обидеть коллегу, он обвинял его в любви к чужому добру. Часто это приводило к дракам и официальным разбирательствам.
Городской суд без конца рассматривал конфликты ремесленников: кражу копченого мяса, исчезнувшие миски, обидные слова… Иногда процессы завершались наказанием виновного, иногда — штрафом для лжесвидетеля, а обычно дела просто разваливались, так как были фантазиями обиженных ремесленников.
Во львовских цехах действовала своеобразная дедовщина: мастера имели неограниченную власть над учениками. Оскорбления, физическое насилие и самодурство были неотъемлемой частью процесса обучения. Иногда подмастерьев доводили до такой степени отчаяния, что они искали защиты в суде. Так, в 1707 году подмастерье Андрей Зенкевич пожаловался на необоснованные побои и оскорбления. Его наставник нашел любопытное оправдание: «хозяин имеет право воспитывать своих слуг, иначе они погрязнут в разгуле».
Выслушав обе стороны, суд оправдал зачинщика, но приказал ему держать руки при себе. А парню велели вернуться к работе и не связываться с дурной компанией. Позже Андрей Зенкевич станет цехмистром (главным сапожником города) и будет занимать эту должность почти 10 лет. Возможно, строгое наказание принесло хорошие плоды.
На защите четвероногих
Одним из самых болезненных оскорблений среди ремесленников было обвинение в убийстве собак (в гицельстве). Такие слова неизменно перерастали в драки и разбирательства. В 1706 году городской суд настолько устал от «четырехлапых дел», что досрочно закрыл процесс и приказал всем участникам «больше не сметь тревожить Всемогущего Бога такими глупостями». Конечно, сапожники проигнорировали указание.
Колдовство и распутство
Если мужчин называли гицелями или ворами, то женщин обвиняли в колдовстве или распутстве. Одного слова «ведьма» было достаточно, чтобы получить иск. В древнем Львове с магией не шутили — здесь сжигали ведьм вплоть до начала XIX века.
Поводом для обвинений часто становилась народная медицина. У бедных сапожников не было денег на врачей или даже цирюльников (одна из причудливых профессий средневековья). Поэтому им приходилось лечиться снадобьями, травами и заговорами. Заметив подозрительные обряды и смеси, бдительные соседи спешили сообщить властям о колдунье.
Не менее серьёзным обвинением были упреки в распутстве. Измены считались тяжким грехом (только со стороны женщины). Неверные дамы мгновенно становились изгоями (хотя были исключения). Поэтому жёны сапожников отчаянно защищали свою честь, услышав хоть намёк на неверность. Обычно судовые дела завершались наказанием лжесвидетелей или примирением в семье.
Как жили жёны сапожников?
В королевском Львове не знали феминизма и эмансипации. Женщина должна была хранить домашний очаг, заботиться о родных и во всём поддерживать мужа. Большинство так и жили, но встречались яркие исключения, описанные в судебных делах. В XVII веке было много расследований против женщин: их обвиняли в алкоголизме, беспочвенных оскорблениях и даже драках. Жёны сапожников били друг друга, нападали на мастеров, помогали мужьям расправиться с обидчиками.
Дамы посещали кабаки (что было нетипично для женщин в то время), а многие из них злоупотребляли алкоголем. Особенно буйных арестовывали и сажали в тюрьму. После наказания они клялись уважать и слушаться мужа, бросить пить, заботиться о детях и не ссориться. Часто жёны страдали от домашнего насилия. Пинки главы семьи считались нормой воспитания. В то же время в многих семьях настоящая глава носила юбку.
Вечные нарушители общественного порядка: драки с чужими и своими
Чаще всего сапожники дрались с портными — второй по популярности профессией в городе. Между ними постоянно вспыхивали ссоры, перераставшие в массовые побоища, которые приходилось разгонять городским патрулям. В целом, у сапожников были непростые отношения с другими цехами. Из-за бедности и неоднозначной репутации к ним относились с презрением. Суд не раз разбирал конфликты сапожников с мечниками, кузнецами, пекарями, пряничниками и представителями других профессий.
Но чаще всего сапожники били друг друга. Пьяные ремесленники не следили за языком, так что словесные оскорбления неизменно переходили в драки. Нападения случались из-за имущественных споров, любовных треугольников, «лени и неуважения учеников». Мастера били подмастерьев, а подмастерья — мастеров.
Нарушителей наказывали штрафами, сажали в тюрьму, заставляли извиняться и клясться вести приличную жизнь. Но каждый год возникали новые истории, а большинство инцидентов вообще не доходили до суда. Сапожники также враждовали с иудеями: регулярно дрались и принимали участие в отдельных погромах.
Послесловие
После прочтения статьи может сложиться впечатление, что сапожники только пили и попадали в нелепые истории. Конечно, это не так. В их жизни было много светлых моментов, ответственных мастеров и счастливых семей. Но в старом Львове никто не описывал быт простых людей. Больше всего внимания уделялось скандальным и резонансным событиям, а основными источниками информации о быте ремесленников остаются судебные приговоры и городские реестры.